Кто вообще помнит свое детство? Нет, не когда вас первый раз укусила
собака, не вашу первую поездку на велосипеде, или как вы помогали
бабушке варить варенье, или писали письма деду морозу. Нет, то детство,
когда вы лежали в кроватке до ужаса беспомощные и орали во весь голос, а
над вами склонялись головы взрослых, и с недоумением и досадой взирали
на вас, вопрошая: "Боже мой, ну что ему еще надо?! Когда он уже
замолчит?!" Или как вы лежали в манеже, только недавно научившись
переворачиваться со спины на живот, а рядом с вами сидела старшая
сестренка. И, может быть, вы пытались показать ей свое новоприобретенное
умение, а может вам просто нравилось переворачиваться туда сюда, но вы
перевернулись и.. на половине пути уткнулись лицом в сетчатую стенку
манежа. Вы дергались, как свежепойманная рыба, а сестра, вместо того,
чтобы спасти вас от этого унижения, громко ржала и снимала это на
камеру. Хорошо, что эти записи были утеряны, а то сейчас на руках
младшей были бы весомые доказательства, что сестрой я была не самой
образцовой. Думаю, о таких моментах не помнит никто.
Немного обидно, когда тебе приносят фотографию, где ты трехлетний на даче пытаешься вырвать с корнем заботливо посаженные бабушкой розы, а ты не помнишь этого. Ты отчаянно стараешься, тебе описывают этот эпизод, добавляя все больше красочных деталей, зная, что ты делал за час до этого и два часа после, чем занимался каждый конкретный член твоей семьи в этот момент, какая стояла погода, был ли утром дождь, и пахло ли гнилыми яблоками. И, кажется, ты и правда начинаешь это вспоминать. И чем больше дополнений, тем ярче твое воспоминание. Но на самом деле ты все еще этого не помнишь. Да, ты знаешь об этом дне все, но знаешь ли ты себя в тот день? Почему ты рвал именно эту розу именно в это время именно на той стороне участка, а не пытался ухватить соседскую курицу за хвост, ведь она опять пробралась к вам на огород клевать картошку? Как странно слушать историю, доказательства которой есть, и быть единственным человеком, который все равно не знает, о чем речь. Но вы запоминаете это, чтобы потом рассказать тому, кто следующим возьмет в руки эту фотографию. Вы расскажете им свое чужое воспоминание, все улыбнутся. Но на самом деле вы так же беспомощны, как тот ребенок, орущий ночью в своей кроватке.
Память играет с нами в прятки, но по своим, особенным, правилам, и ее не волнует, нравится тебе это или нет.
Немного обидно, когда тебе приносят фотографию, где ты трехлетний на даче пытаешься вырвать с корнем заботливо посаженные бабушкой розы, а ты не помнишь этого. Ты отчаянно стараешься, тебе описывают этот эпизод, добавляя все больше красочных деталей, зная, что ты делал за час до этого и два часа после, чем занимался каждый конкретный член твоей семьи в этот момент, какая стояла погода, был ли утром дождь, и пахло ли гнилыми яблоками. И, кажется, ты и правда начинаешь это вспоминать. И чем больше дополнений, тем ярче твое воспоминание. Но на самом деле ты все еще этого не помнишь. Да, ты знаешь об этом дне все, но знаешь ли ты себя в тот день? Почему ты рвал именно эту розу именно в это время именно на той стороне участка, а не пытался ухватить соседскую курицу за хвост, ведь она опять пробралась к вам на огород клевать картошку? Как странно слушать историю, доказательства которой есть, и быть единственным человеком, который все равно не знает, о чем речь. Но вы запоминаете это, чтобы потом рассказать тому, кто следующим возьмет в руки эту фотографию. Вы расскажете им свое чужое воспоминание, все улыбнутся. Но на самом деле вы так же беспомощны, как тот ребенок, орущий ночью в своей кроватке.
Память играет с нами в прятки, но по своим, особенным, правилам, и ее не волнует, нравится тебе это или нет.
Комментариев нет
Отправить комментарий